Кабирия. Кабирия италия


GutenbergDead » 23. «Ночи Кабирии» (Италия, 1957) LE NOTTI DI CABIRIA

kinopoisk.ru

Слезинка Джульетты Мазины и вслед за тем ее улыбка поперек горю и собственной ненужности – в коротком ряду самых-самых знаменитых эпизодов мирового кино, слева от вертолетной атаки Копполы и справа от фирменного прохода Чаплина с тросточкой. Это символ спаянного актерско-режиссерского мастерства, переходящего в откровение.

Святые проститутки – вещь, излюбленная художниками со времен Достоевского. Нечто светлое продает себя: готовая формула порочного мира.

Второй раз снимая в главной роли свою жену, Феллини изображает наивность с открытыми глазами, которую никакие затрещины судьбы не могут повернуть к цинизму. Она доверчива, ждет радости и не согласна смотреть на жизнь, прищурясь исподлобья.

Наивная доверчивость очень нужна людям. Хотя между «Дорогой» и «Ночами Кабирии» три года разницы, американцы вручили двум фильмам Феллини «Оскар» за иностранное кино дважды подряд – «Дороге» с опозданием. Джульетта Мазина явилась открытием, благой вестью, ее несчастье и ее непосредственность потрясали.

Обе ее святые герони – и Джельсомина, и Кабирия – потерялись в неприветливом пространстве и вынуждены бродить в поисках неизвестно чего, потому что они и себя-то не ищут, как принято у духовных искателей. Беда Кабирии не в том, что у нее отбирают все деньги, а в том, что нет любви. Не к ней, а вообще под небом. «Любви нет», – уверждает всё вокруг. А проститутка, которая должна была давно заучить эту профессиональную истину, отчаянно не верит.

Никто никому не нужен, каждый движется в пустоте. «Дай мне измениться!» – умоляет Кабирия Богоматерь, но ничего не меняется. Любовь поманила и обернулась изощренным вором.

Я бы не хотел быть Федерико Феллини, несмотря на всю его славу. Чтобы так передать безжалостную отчужденность цивилизации от души человека, это надо было ощущать ежеминутно.

 

Вопрос Феллини

Джельсомина и Кабирия пытаются растопить холодное одиночество собственной жизнью, но не получается, потому что одиночество по Феллини – свойство Вселенной.

И в то же время Вселенная ярка и карнавальна, а жизнь похожа на павлиний хвост.

Так маэстро разоблачает или созерцает, негодует или радуется?

Так это еще итальянский неореализм или уже совсем нет?

Так все-таки одиночество или все-таки карнавал? Ясно, что одиночество посреди карнавала, это мы видим, но кто из них побеждает?

Истерический дуализм проходит через все творчество Феллини и во всех фильмах маэстро гениально занимает всю гамму истерики.

Кабирия больше дура или больше святая? В какой-то момент ловишь себя на мысли, что жалеть ее, в общем, не за что: она дура. Ну дура ведь, ну если представить такую Машу рядом с собой (она там Мария Чиакарелли, Кабирия лишь проститутский псевдоним), то хочется перекреститься – дура без сомнения. И вдруг обнаруживаешь черты кошмарненького мира в себе, а на экране мелькают знакомые черты твоего, который ты до сих пор считал теплым и уютным.

Стиль Феллини в том и состоит, что из него бессмысленно делать выводы. Поэт человеческого уродства, незаметно переходящего в красоту. Поэт глупости, которая есть главный признак жизни, а жизнь, как сказано выше, переходит в павлиний хвост.

В некий период Феллини неофициально считался лучшим режиссером ХХ века и с этим не спорил даже Голливуд: четыре «Оскара» за фильм на иностранном языке и само по себе рекорд (столько же «Оскаров» у Витторио де Сики и Джона Форда), но величие Феллини еще припечатали пятым «Оскаром» по совокупности заслуг.

«Оскары» он получил за «Дорогу», «Ночи Кабирии», «81/2» и «Амаркорд», а за «Сладкую жизнь» – «Золотую пальмовую ветвь» Канн.

Но вопрос никогда никуда не пропадал. Вот например: это у него недосказанность в каждом фильме или, наоборот, в каждом фильме сказано много лишнего?

 

Ответы Феллини

Маэстро однажды выразился: «Режиссер как Колумб на корабле: он хочет открыть Америку, а команда хочет домой». Фраза дарит тот самый недостающий ключ к его творчеству, но только если вспомнить, что Колумб на самом деле хотел открыть Индию, а открыл Америку – случайно.

Феллини сумел отпустить себя и снимать кино естественно, как иные люди дышат на прогулке. Он понял, что Америка принципиально неоткрываема для тех, кто хочет открыть именно ее. В поздних фильмах он отпускает себя уже чересчур, это начинает мешать. Но на грани 50-х и 60-х маэстро был в шедевральной форме.

На самом-то деле Феллини не ставит вопросы и не отвечает на них: спрашивает великое искусство, а отвечает сама жизнь.

Кабириядура или святая? Да она ведь жена режиссера, и Феллини был с ней до конца дней, хотя заявил, что легче сохранять верность ресторану, чем женщине.

Его кино далеко ушло от неореализма? Да ведь Феллини вообще первый автор итальянского неореализма: он был сценаристом фильма «Рим открытый город» Роберто Росселини, с которого неореализм начался. Строго по сюжету «Ночи Кабирии» вполне неореалистическое кино, с обиженными изгоями и социальным неравенством.

Какие чувства должен испытать зритель? Да ведь есть гениальная музыка гениального Нино Рота. Как относиться к показанному? В сочетании музыки с кадром ищите отношение. Феллини попросил Нино Рота сочинить нечто такое, как будто идет караван – богатый, пышный, с соблазнительными товарами из далеких стран… как будто идет караван – на измученных верблюдах люди в грязных халатах отчаянно хотят пить… Это, правда, не к «Ночам Кабирии», а к другому фильму, но какая разница? Богатый нищий караван, завлекательный и оборванный.

Недосказанность (караван еще не дошел)?

Или избыточность (караван зашел далеко и, может быть, заблудился в пустыне)?

Жизнь имеет смысл даже тогда, когда не имеет никакого смысла.

Кажется, идеальный слоган для Феллини.

<<22. «Седьмая печать» (Швеция, 1957) | 24. «Двенадцать разгневанных мужчин» (США, 1957)>>

gutenbergdead.net

Кабирия (Италия, 1914, реж. Джованни Пастроне)

По берегам Средиземного моря прохаживался бывало раб по имени Мацист, офигенно авантажный мущщина в соку. На заднем плане болтался второстепенный персонаж Фульвий, это хозяин и дружбан Мациста, но вы на него будете мало обращать внимания.В качестве римских агентов под прикрытием в Карфагене эти парни всюду вместе, но почему-то ни разу не по бабам. А ведь кроме секс-туризма двум бездельникам своё пребывание в Карфагене в разгар Пунических войн объяснить нечем. Зловещий симптом, я затаилась.

Мацист крашен в негра, но в смысле черт лица - точь-в-точь славянский браток, даром что у актёра итальянская фамилия. Вот, пожалуйста, анфас, три четверти и в профиль. Если это типичный итальянец, моя картина мира рухнет.

Элементы славянского дизайна выпрыгивали из самых неожиданных эпизодов. Например, в этом кадре наглаживает живого леопарда и предаётся раздумьям о нелёгкой девичьей доле дочь повелителя Карфагена, прекрасная Страстный Цветок Граната, вся в бусиках. Казалось бы, что может быть восточнее и экзотичнее.

Но тут девица шасть к окошку и вперилась жадным взором в Неведомое Грядущее. Батюшки, думаю, это ж готовая мизансцена для какой-нибудь "Сказки о царе Салтане".

Да и дедулька Архимед, когда воевал за Сиракузы, смотрелся так, словно вбежал в кадр прямо со съёмок "Садко". Ишь, Берендей какой. Задумалась о византийском стиле в восточнославянском дизайне. А своё у нас что-нибудь вообще было, без этих внезапно узнаваемых заимствований?

Интрига закрутилась вокруг бесхозной римской дошкольницы Кабирии. Ребёнка не чипировали, свидетельство о рождении между лопаток не татурировали, прямо в чём есть взяли и уволокли в рабство в Карфаген. Непорядок. Оно и фиг бы, но златокудрая Кабирия с первого раза прошла кастинг в жертвы богу Молоху, и дальше жрецы Молоха гонялись за своей выдвиженкой по всему сюжету.Храм Молоха, кстати, очень симпатичный.

Узнав о предстоящем сожжении заживо сотни детей, Фульвий и Мацист взволновались. Нет, ну 99 чумазых детей ещё туда-сюда, но как можно холёного римского ребёнка под одну гребёнку с местным плебсом?!.. Мацист, который спал и видел, как бы заслужить мой тег "мужчина и его девочка", вырвал приметное дитя из лап карфагенских служителей культа, и всё заверте. Дитя попало на воспитание к Страстному Цветку Граната, а схваченный храмовыми стражниками Мацист отправился поднимать с колен карфагенскую мукомольную промышленность.

Его приковали к жерновам, которые он потом на солнцепёке десять лет крутил, ни килограмма живого веса не потерял.

Ну а Фульвий, не будь дурак, взял такой разгон, что из Карфагена добежал до вот такого Ганнибала в Альпах

...и влился в массовку Пунических войн в качестве офицера среднего звена. Вы только прикиньте: пешком из Туниса в Альпы! Они все психи были ненормальные, эти бешеные римляне.Фильм идёт два часа, так что однажды Фульвий всё-таки нашёл пару минут, чтоб вернуться в Карфаген, освободить Мациста ...и тут же угодить в плен к сатрапам мужа Страстного Цветка Граната.

Да-а-а, десять лет прошло, а Страстный Цветок Граната всё как новенькая, так и норовит прикорнуть средь бела дня в надежде на эротический сон.Но в тот день ей приснилась какая-то трёхглазая фигня.

- Предрекаю! - вскричала Страстный Цветок. - Эти гроздья глаз через триста и ещё две тысячи лет будут пугать мирных граждан с белых простыней!

Все подумали, Страстный Цветок перебарщивает. Но мы свидетели - она не ошиблась.

Слепое чудовище

Тем временем златокудрая Кабирия периодически томилась в застенках в ожидании, пока верховный жрец лишит её девичьей чести. В этих эпизодах я догадалась, что верховный жрец агностик, потому что верующему жрецу было бы некомильфо подсунуть Молоху подпорченную жертву.

- Нафиг! - воскликнула Страстный Цветок Граната. - Мужчина, как вас там, вы не агностик случайно?- Артемида всесильная, спаси и сохрани! Верующий, как есть истово верующий! Весь пантеон свято чту!- Тогда забирайте, товарищ Фульвий. В ваши годы уже внуков пора нянчить, а вы всё не женаты.

И златокудрая Кабирия поехала с женихом домой к маме. Хэппи-энд. В кадре Фульвий, златокудрая Кабирия и поражённый Мацист. Он ведь тоже заметил, что десять лет назад они с Фульвием не ходили по бабам, и все эти годы ждал интересного предложения. Сами видите, не дождался. А мизансцену "некрасивый пожилой холостяк лобызает прелестную деву вдвое младше себя, а уж она-то рада" потом свинтил Элвин Ракофф для моей любимой комедийной мелодрамы "Хоффман".

Tags: 1910-1919, историческое кино, итальянское кино, мужское бессознательное, мужчина и его девочка

adzhaya.livejournal.com

Кабирия - это... Что такое Кабирия?

«Кабирия» (итал. Cabiria, 1914) — немой итальянский художественный фильм Джованни Пастроне, прообраз жанра «пеплум».

Сюжет

Действие картины начинается в конце III в.

до н. э. в Катании (Сицилия), в поместье римского патриция Батто. Извержение вулкана Этна превращает город в развалины[примечание 1]. Патриций считает, что его единственная дочь Кабирия погибла. Однако девочку, спасенную ее кормилицей Крессой, похищают карфагенские пираты. Кадр из фильма «Кабирия»

Идет Вторая Пуническая война. Ганнибал переходит Альпы. Римский патриций Фульвий Аксилла шпионит в Карфагене вместе со своим рабом, непобедимым великаном Мацистом. Главный жрец карфагенского храма Молоха — Картало — покупает на невольничьем рынке Кабирию, чтобы принести ее в жертву своему богу[примечание 2]. Однако кормилица Кресса уговаривает Аксиллу спасти ребенка (дарит ему кольцо, ранее украденное ею в сокровищнице Батто). Мациста, похитившего девочку из храма, преследуют карфагеняне, и он прячется в саду, где принцесса Софонизба соглашается укрыть ее от жрецов. Благодаря численному превосходству преследователи побеждают Мациста и приковывают его к мельничному жернову, в то время как Аксилла отплывает в Рим.

Несколько лет спустя Кабирия, забыв о своем происхождении, становится под именем Элиссы прислужницей Софонизбы. Она участвует в сложной интриге между Софонизбой и двумя соперниками: Масиниссой и Сифаксом. Отец Софонизбы, Гасдрубал, отдает ее замуж за Сифакса, хотя она уже помолвлена с Масиниссой.

Тем временем римский флот нападает на Сиракузы, союзника Карфагена. Архимед наводит зажигательные зеркала на вражеские корабли, и они загораются. Участвующего в этом сражении Фульвия Аксиллу подбирают сицилийские рыбаки. Они узнают кольцо, которое он получил от кормилицы Крессы, и отводят пленника к Батто, который, конечно, очень рад тому, что его дочь возможно ещё жива.

В Африке сталкиваются войска Сципиона (которому помогает Масинисса) с одной стороны и карфагенянами (которых поддерживает армия Сифакса) с другой. Фульвий Аксилла вновь отправляется шпионить в Карфаген. Там он освобождает Мациста, но затем они оба попадают в плен к солдатам Сифакса. Во время этих приключений они снова освобождают Кабирию из храма Молоха, которую Софонисба таки сдала жрецам. Фульвия и Мациста освобождает Массинисса, возглавивший атаку римлян и пленение Сифакса. Софонисба, встретившись с Масиниссой, просит его спасти ее и не дать римлянам перевести ее вместе с Сифаксом в Рим. У Масиниссы вновь разгораются чувства к прекрасной Софонисбе и он немедленно женился на любимой им еще невесте, полагая, что этим спасет ее от римского плена. Когда Сципион высказал ему по этому поводу свое неодобрение, Масинисса, не будучи в состоянии расстаться с Софонисбой и не желая ее выдать римлянам, поднес ей кубок с ядом, который она выпивает. Перед смертью Софонисба признается, что Элисса — это Кабирия и дарит ее Фульвию.

Художественные особенности

Кадр из фильма «Кабирия»

Характерная черта сценария фильма — многоплановость действия. Действие развертывается почти одновременно в Карфагене, Нумидии, Сицилии и Италии.

Основными техническими нововведениями в «Кабирии» были декорации, освещение и движение киноаппарата. Джованни Пастроне создал множество архитектурных сооружений, широко применял монументальную скульптуру и уделял особое внимание отделке пола в павильонах.

Готовясь к съемкам фильма, Джованни Пастроне 5 августа 1912 года запатентовал в Италии тележку, «трэвеллинг» (итал. carello). Одновременно с применением тележки Джованни Пастроне впервые ввел несколько технических приемов: прямолинейное или зигзагообразное движение, перемещение параллельно декорациям, приближение и удаление кинокамеры.[ссылка 1]

Джованни Пастроне использовал 12 дуговых рефлекторов по 100 ампер каждый, яркость которых он усиливал отражающими экранами, оклеенными листами оловянной фольги.[ссылка 1]

Все технические нововведения «Кабирии» и других итальянских исторических фильмов можно свести к одному важнейшему художественному открытию, а именно к созданию в кинокадре пространства, глубинной перспективы, позволяющей показывать действие в нескольких планах.

— Ежи Теплиц[ссылка 2]

Влияние «Кабирии» на Гриффита совершенно очевидно. Оно явно сказывается в постановке вавилонского эпизода «Нетерпимости», где также введены гигантские золотые слоны, поддерживающие дворец Массиниссы в «Кабирии». Гриффит заимствовал главным образом форму повествования, манеру беспрерывной смены мест действия.

— Ж. Садуль[ссылка 1]

В ролях

  • Лидия Кваранта / Кабирия (Cabiria) в юности
  • Итала Альмиранте Мадзини / принцесса Софонизба (Sophonizba)
  • Умберто Моццато / Фульвий Аксилла (Fulvius Axilla)
  • Бартоломео Пагано / Мацист (Maciste)
  • Джина Марангони / кормилица Кресса (Croessa)
  • Данте Теста / жрец храма Молоха (Karthalo)
  • Рафаэле ди Неаполи / трактирщик (Bodastoret)
  • де Стефано / Масинисса
  • Александр Бернар / Сифакс
  • Луиджи Геллини / Сципион Африканский
  • Эмилио Варданнес / Ганнибал
  • Эдуардо Давезнес / Гасдрубал
  • Энрико Джемелли / Архимед

Интересные факты

Замысел этого фильма созрел у Пастроне в начале 1913 года. Сначала он назвал свой будущий фильм «Симфонией огня».

— Ж. Садуль[ссылка 1]

  • Реклама. Летчик Джованни Виднер, четыре раза описал круг над Римом, засыпая его листовками, извещавшими о премьере фильма.[ссылка 1]
  • Бартоломео Пагано, был не профессиональным актером, а грузчиком в Генуэзском порту.[ссылка 1]
  • Фильм, и особенно один из его персонажей — великан Мачисте (в старом русском произношении Мацист) в исполнении Бартоломео Пагано — был настолько популярен, что об этом упоминается в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев»: «Ипполита Матвеевича за большой рост, а особенно за усы, прозвали в учреждении Мацистом, хотя у настоящего Мациста никаких усов не было».
  • Чтобы Энрико Джемелли не показался неестественным в накладной бороде, Джованни Пастроне велел ему отпустить свою собственную.[ссылка 1]
  • По мнению Ежи Теплица сценарий написал Джованни Пастроне, подписавшись псевдонимом Пьеро Фоско. Габриэле Д’Аннунцио же лишь поставил свое имя в титрах[ссылка 2]

Примечания

Источники

dic.academic.ru

Кабирия — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

К:Фильмы 1914 года

«Кабирия» (итал. Cabiria, 1914) — немой итальянский художественный фильм Джованни Пастроне, прообраз жанра «пеплум».

Сюжет

Действие картины начинается в конце III в. до н. э. в Катании (Сицилия), в поместье римского патриция Батто. Извержение вулкана Этна превращает город в развалины[примечание 1]. Патриций считает, что его единственная дочь Кабирия погибла. Однако девочку, спасенную её кормилицей Крессой, похищают карфагенские пираты.

Идет Вторая Пуническая война. Ганнибал переходит Альпы. Римский патриций Фульвий Аксилла шпионит в Карфагене вместе со своим рабом, непобедимым великаном Мацистом. Главный жрец карфагенского храма Молоха — Картало — покупает на невольничьем рынке Кабирию, чтобы принести её в жертву своему богу[примечание 2]. Однако кормилица Кресса уговаривает Аксиллу спасти ребенка (дарит ему кольцо, ранее украденное ею в сокровищнице Батто). Мациста, похитившего девочку из храма, преследуют карфагеняне, и он прячется в саду, где принцесса Софонизба соглашается укрыть её от жрецов. Благодаря численному превосходству преследователи побеждают Мациста и приковывают его к мельничному жернову, в то время как Аксилла отплывает в Рим.

Несколько лет спустя Кабирия, забыв о своем происхождении, становится под именем Элиссы прислужницей Софонизбы. Она участвует в сложной интриге между Софонизбой и двумя соперниками: Масиниссой и Сифаксом. Отец Софонизбы, Гасдрубал, отдает её замуж за Сифакса, хотя она уже помолвлена с Масиниссой.

Тем временем римский флот нападает на Сиракузы, союзника Карфагена. Архимед наводит зажигательные зеркала на вражеские корабли, и они загораются. Участвующего в этом сражении Фульвия Аксиллу подбирают сицилийские рыбаки. Они узнают кольцо, которое он получил от кормилицы Крессы, и отводят пленника к Батто, который, конечно, очень рад тому, что его дочь возможно ещё жива.

В Африке сталкиваются войска Сципиона (которому помогает Масинисса) с одной стороны и карфагенянами (которых поддерживает армия Сифакса) с другой. Фульвий Аксилла вновь отправляется шпионить в Карфаген. Там он освобождает Мациста, но затем они оба попадают в плен к солдатам Сифакса. Во время этих приключений они снова освобождают Кабирию из храма Молоха, которую Софонисба таки сдала жрецам. Фульвия и Мациста освобождает Массинисса, возглавивший атаку римлян и пленение Сифакса. Софонисба, встретившись с Масиниссой, просит его спасти её и не дать римлянам перевести её вместе с Сифаксом в Рим. У Масиниссы вновь разгораются чувства к прекрасной Софонисбе и он немедленно женился на любимой им еще невесте, полагая, что этим спасет её от римского плена. Когда Сципион высказал ему по этому поводу своё неодобрение, Масинисса, не будучи в состоянии расстаться с Софонисбой и не желая её выдать римлянам, поднес ей кубок с ядом, который она выпивает. Перед смертью Софонисба признается, что Элисса — это Кабирия и дарит её Фульвию.

Художественные особенности

Характерная черта сценария фильма — многоплановость действия. Действие развертывается почти одновременно в Карфагене, Нумидии, Сицилии и Италии.

Основными техническими нововведениями в «Кабирии» были декорации, освещение и движение киноаппарата. Джованни Пастроне создал множество архитектурных сооружений, широко применял монументальную скульптуру и уделял особое внимание отделке пола в павильонах.

Готовясь к съемкам фильма, Джованни Пастроне 5 августа 1912 года запатентовал в Италии тележку, «трэвеллинг» (итал. carello). Одновременно с применением тележки Джованни Пастроне впервые ввел несколько технических приемов: прямолинейное или зигзагообразное движение, перемещение параллельно декорациям, приближение и удаление кинокамеры.[ссылка 1]

Джованни Пастроне использовал 12 дуговых рефлекторов по 100 ампер каждый, яркость которых он усиливал отражающими экранами, оклеенными листами оловянной фольги.[ссылка 1]

Все технические нововведения «Кабирии» и других итальянских исторических фильмов можно свести к одному важнейшему художественному открытию, а именно к созданию в кинокадре пространства, глубинной перспективы, позволяющей показывать действие в нескольких планах.

— Ежи Тёплиц[ссылка 2]

Влияние «Кабирии» на Гриффита совершенно очевидно. Оно явно сказывается в постановке вавилонского эпизода «Нетерпимости», где также введены гигантские золотые слоны, поддерживающие дворец Массиниссы в «Кабирии». Гриффит заимствовал главным образом форму повествования, манеру беспрерывной смены мест действия.

— Ж. Садуль[ссылка 1]

В ролях

Интересные факты

Замысел этого фильма созрел у Пастроне в начале 1913 года. Сначала он назвал свой будущий фильм «Симфонией огня».

— Ж. Садуль[ссылка 1]

  • Реклама. Летчик Джованни Виднер четыре раза описал круг над Римом, засыпая его листовками, извещавшими о премьере фильма.[ссылка 1]
  • Бартоломео Пагано был не профессиональным актером, а грузчиком в Генуэзском порту.[ссылка 1]
  • Фильм, и особенно один из его персонажей — великан Мачисте (в старом русском произношении Мацист) в исполнении Бартоломео Пагано — был настолько популярен, что об этом упоминается в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев»: «Ипполита Матвеевича за большой рост, а особенно за усы, прозвали в учреждении Мацистом, хотя у настоящего Мациста никаких усов не было».
  • Джованни Пастроне накладывал стекло на расписанный пол, имитируя полированный мрамор.[ссылка 1]
  • Чтобы Энрико Джемелли не показался неестественным в накладной бороде, Джованни Пастроне велел ему отпустить свою собственную.[ссылка 1]
  • По мнению Ежи Тёплица сценарий написал Джованни Пастроне, подписавшись псевдонимом Пьеро Фоско. Габриэле Д’Аннунцио же лишь поставил своё имя в титрах[ссылка 2]

Напишите отзыв о статье "Кабирия"

Примечания

Источники
  1. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 Ж. Садуль. [zmier.iatp.by/books/sadul-t1-ch5-18.htm Всеобщая история кино. Том 1. — М.:"Искусство", 1958.]
  2. ↑ 1 2 Ежи Тёплиц. История киноискусства 1895-1928. Изд-во “Прогресс”., М., 1967.

Отрывок, характеризующий Кабирия

И словоохотливый Долгоруков, обращаясь то к Борису, то к князю Андрею, рассказал, как Бонапарт, желая испытать Маркова, нашего посланника, нарочно уронил перед ним платок и остановился, глядя на него, ожидая, вероятно, услуги от Маркова и как, Марков тотчас же уронил рядом свой платок и поднял свой, не поднимая платка Бонапарта. – Charmant, [Очаровательно,] – сказал Болконский, – но вот что, князь, я пришел к вам просителем за этого молодого человека. Видите ли что?… Но князь Андрей не успел докончить, как в комнату вошел адъютант, который звал князя Долгорукова к императору. – Ах, какая досада! – сказал Долгоруков, поспешно вставая и пожимая руки князя Андрея и Бориса. – Вы знаете, я очень рад сделать всё, что от меня зависит, и для вас и для этого милого молодого человека. – Он еще раз пожал руку Бориса с выражением добродушного, искреннего и оживленного легкомыслия. – Но вы видите… до другого раза! Бориса волновала мысль о той близости к высшей власти, в которой он в эту минуту чувствовал себя. Он сознавал себя здесь в соприкосновении с теми пружинами, которые руководили всеми теми громадными движениями масс, которых он в своем полку чувствовал себя маленькою, покорною и ничтожной» частью. Они вышли в коридор вслед за князем Долгоруковым и встретили выходившего (из той двери комнаты государя, в которую вошел Долгоруков) невысокого человека в штатском платье, с умным лицом и резкой чертой выставленной вперед челюсти, которая, не портя его, придавала ему особенную живость и изворотливость выражения. Этот невысокий человек кивнул, как своему, Долгорукому и пристально холодным взглядом стал вглядываться в князя Андрея, идя прямо на него и видимо, ожидая, чтобы князь Андрей поклонился ему или дал дорогу. Князь Андрей не сделал ни того, ни другого; в лице его выразилась злоба, и молодой человек, отвернувшись, прошел стороной коридора. – Кто это? – спросил Борис. – Это один из самых замечательнейших, но неприятнейших мне людей. Это министр иностранных дел, князь Адам Чарторижский. – Вот эти люди, – сказал Болконский со вздохом, который он не мог подавить, в то время как они выходили из дворца, – вот эти то люди решают судьбы народов. На другой день войска выступили в поход, и Борис не успел до самого Аустерлицкого сражения побывать ни у Болконского, ни у Долгорукова и остался еще на время в Измайловском полку.

На заре 16 числа эскадрон Денисова, в котором служил Николай Ростов, и который был в отряде князя Багратиона, двинулся с ночлега в дело, как говорили, и, пройдя около версты позади других колонн, был остановлен на большой дороге. Ростов видел, как мимо его прошли вперед казаки, 1 й и 2 й эскадрон гусар, пехотные батальоны с артиллерией и проехали генералы Багратион и Долгоруков с адъютантами. Весь страх, который он, как и прежде, испытывал перед делом; вся внутренняя борьба, посредством которой он преодолевал этот страх; все его мечтания о том, как он по гусарски отличится в этом деле, – пропали даром. Эскадрон их был оставлен в резерве, и Николай Ростов скучно и тоскливо провел этот день. В 9 м часу утра он услыхал пальбу впереди себя, крики ура, видел привозимых назад раненых (их было немного) и, наконец, видел, как в середине сотни казаков провели целый отряд французских кавалеристов. Очевидно, дело было кончено, и дело было, очевидно небольшое, но счастливое. Проходившие назад солдаты и офицеры рассказывали о блестящей победе, о занятии города Вишау и взятии в плен целого французского эскадрона. День был ясный, солнечный, после сильного ночного заморозка, и веселый блеск осеннего дня совпадал с известием о победе, которое передавали не только рассказы участвовавших в нем, но и радостное выражение лиц солдат, офицеров, генералов и адъютантов, ехавших туда и оттуда мимо Ростова. Тем больнее щемило сердце Николая, напрасно перестрадавшего весь страх, предшествующий сражению, и пробывшего этот веселый день в бездействии. – Ростов, иди сюда, выпьем с горя! – крикнул Денисов, усевшись на краю дороги перед фляжкой и закуской. Офицеры собрались кружком, закусывая и разговаривая, около погребца Денисова. – Вот еще одного ведут! – сказал один из офицеров, указывая на французского пленного драгуна, которого вели пешком два казака. Один из них вел в поводу взятую у пленного рослую и красивую французскую лошадь. – Продай лошадь! – крикнул Денисов казаку. – Изволь, ваше благородие… Офицеры встали и окружили казаков и пленного француза. Французский драгун был молодой малый, альзасец, говоривший по французски с немецким акцентом. Он задыхался от волнения, лицо его было красно, и, услыхав французский язык, он быстро заговорил с офицерами, обращаясь то к тому, то к другому. Он говорил, что его бы не взяли; что он не виноват в том, что его взяли, а виноват le caporal, который послал его захватить попоны, что он ему говорил, что уже русские там. И ко всякому слову он прибавлял: mais qu'on ne fasse pas de mal a mon petit cheval [Но не обижайте мою лошадку,] и ласкал свою лошадь. Видно было, что он не понимал хорошенько, где он находится. Он то извинялся, что его взяли, то, предполагая перед собою свое начальство, выказывал свою солдатскую исправность и заботливость о службе. Он донес с собой в наш арьергард во всей свежести атмосферу французского войска, которое так чуждо было для нас. Казаки отдали лошадь за два червонца, и Ростов, теперь, получив деньги, самый богатый из офицеров, купил ее. – Mais qu'on ne fasse pas de mal a mon petit cheval, – добродушно сказал альзасец Ростову, когда лошадь передана была гусару. Ростов, улыбаясь, успокоил драгуна и дал ему денег. – Алё! Алё! – сказал казак, трогая за руку пленного, чтобы он шел дальше. – Государь! Государь! – вдруг послышалось между гусарами. Всё побежало, заторопилось, и Ростов увидал сзади по дороге несколько подъезжающих всадников с белыми султанами на шляпах. В одну минуту все были на местах и ждали. Ростов не помнил и не чувствовал, как он добежал до своего места и сел на лошадь. Мгновенно прошло его сожаление о неучастии в деле, его будничное расположение духа в кругу приглядевшихся лиц, мгновенно исчезла всякая мысль о себе: он весь поглощен был чувством счастия, происходящего от близости государя. Он чувствовал себя одною этою близостью вознагражденным за потерю нынешнего дня. Он был счастлив, как любовник, дождавшийся ожидаемого свидания. Не смея оглядываться во фронте и не оглядываясь, он чувствовал восторженным чутьем его приближение. И он чувствовал это не по одному звуку копыт лошадей приближавшейся кавалькады, но он чувствовал это потому, что, по мере приближения, всё светлее, радостнее и значительнее и праздничнее делалось вокруг него. Всё ближе и ближе подвигалось это солнце для Ростова, распространяя вокруг себя лучи кроткого и величественного света, и вот он уже чувствует себя захваченным этими лучами, он слышит его голос – этот ласковый, спокойный, величественный и вместе с тем столь простой голос. Как и должно было быть по чувству Ростова, наступила мертвая тишина, и в этой тишине раздались звуки голоса государя. – Les huzards de Pavlograd? [Павлоградские гусары?] – вопросительно сказал он. – La reserve, sire! [Резерв, ваше величество!] – отвечал чей то другой голос, столь человеческий после того нечеловеческого голоса, который сказал: Les huzards de Pavlograd? Государь поровнялся с Ростовым и остановился. Лицо Александра было еще прекраснее, чем на смотру три дня тому назад. Оно сияло такою веселостью и молодостью, такою невинною молодостью, что напоминало ребяческую четырнадцатилетнюю резвость, и вместе с тем это было всё таки лицо величественного императора. Случайно оглядывая эскадрон, глаза государя встретились с глазами Ростова и не более как на две секунды остановились на них. Понял ли государь, что делалось в душе Ростова (Ростову казалось, что он всё понял), но он посмотрел секунды две своими голубыми глазами в лицо Ростова. (Мягко и кротко лился из них свет.) Потом вдруг он приподнял брови, резким движением ударил левой ногой лошадь и галопом поехал вперед. Молодой император не мог воздержаться от желания присутствовать при сражении и, несмотря на все представления придворных, в 12 часов, отделившись от 3 й колонны, при которой он следовал, поскакал к авангарду. Еще не доезжая до гусар, несколько адъютантов встретили его с известием о счастливом исходе дела.

wiki-org.ru

Кабирия — WiKi

Сюжет

Действие картины начинается в конце III в. до н. э. в Катании (Сицилия), в поместье римского патриция Батто. Извержение вулкана Этна превращает город в развалины[примечание 1]. Патриций считает, что его единственная дочь Кабирия погибла. Однако девочку, спасенную её кормилицей Крессой, похищают карфагенские пираты.

  Кадр из фильма «Кабирия»

Идет Вторая Пуническая война. Ганнибал переходит Альпы. Римский патриций Фульвий Аксилла шпионит в Карфагене вместе со своим рабом, непобедимым великаном Мацистом. Главный жрец карфагенского храма Молоха — Картало — покупает на невольничьем рынке Кабирию, чтобы принести её в жертву своему богу[примечание 2]. Однако кормилица Кресса уговаривает Аксиллу спасти ребенка (дарит ему кольцо, ранее украденное ею в сокровищнице Батто). Мациста, похитившего девочку из храма, преследуют карфагеняне, и он прячется в саду, где принцесса Софонизба соглашается укрыть её от жрецов. Благодаря численному превосходству преследователи побеждают Мациста и приковывают его к мельничному жернову, в то время как Аксилла отплывает в Рим.

Несколько лет спустя Кабирия, забыв о своем происхождении, становится под именем Элиссы прислужницей Софонизбы. Она участвует в сложной интриге между Софонизбой и двумя соперниками: Масиниссой и Сифаксом. Отец Софонизбы, Гасдрубал, отдает её замуж за Сифакса, хотя она уже помолвлена с Масиниссой.

Тем временем римский флот нападает на Сиракузы, союзника Карфагена. Архимед наводит зажигательные зеркала на вражеские корабли, и они загораются. Участвующего в этом сражении Фульвия Аксиллу подбирают сицилийские рыбаки. Они узнают кольцо, которое он получил от кормилицы Крессы, и отводят пленника к Батто, который, конечно, очень рад тому, что его дочь возможно ещё жива.

В Африке сталкиваются войска Сципиона (которому помогает Масинисса) с одной стороны и карфагенянами (которых поддерживает армия Сифакса) с другой. Фульвий Аксилла вновь отправляется шпионить в Карфаген. Там он освобождает Мациста, но затем они оба попадают в плен к солдатам Сифакса. Во время этих приключений они снова освобождают Кабирию из храма Молоха, которую Софонисба таки сдала жрецам. Фульвия и Мациста освобождает Массинисса, возглавивший атаку римлян и пленение Сифакса. Софонисба, встретившись с Масиниссой, просит его спасти её и не дать римлянам перевести её вместе с Сифаксом в Рим. У Масиниссы вновь разгораются чувства к прекрасной Софонисбе и он немедленно женился на любимой им еще невесте, полагая, что этим спасет её от римского плена. Когда Сципион высказал ему по этому поводу своё неодобрение, Масинисса, не будучи в состоянии расстаться с Софонисбой и не желая её выдать римлянам, поднес ей кубок с ядом, который она выпивает. Перед смертью Софонисба признается, что Элисса — это Кабирия и дарит её Фульвию.

Художественные особенности

  Кадр из фильма «Кабирия»

Характерная черта сценария фильма — многоплановость действия. Действие развертывается почти одновременно в Карфагене, Нумидии, Сицилии и Италии.

Основными техническими нововведениями в «Кабирии» были декорации, освещение и движение киноаппарата. Джованни Пастроне создал множество архитектурных сооружений, широко применял монументальную скульптуру и уделял особое внимание отделке пола в павильонах.

Готовясь к съемкам фильма, Джованни Пастроне 5 августа 1912 года запатентовал в Италии тележку, «трэвеллинг» (итал. carello). Одновременно с применением тележки Джованни Пастроне впервые ввел несколько технических приемов: прямолинейное или зигзагообразное движение, перемещение параллельно декорациям, приближение и удаление кинокамеры.[ссылка 1]

Джованни Пастроне использовал 12 дуговых рефлекторов по 100 ампер каждый, яркость которых он усиливал отражающими экранами, оклеенными листами оловянной фольги.[ссылка 1]

Все технические нововведения «Кабирии» и других итальянских исторических фильмов можно свести к одному важнейшему художественному открытию, а именно к созданию в кинокадре пространства, глубинной перспективы, позволяющей показывать действие в нескольких планах.

— Ежи Тёплиц[ссылка 2]

Влияние «Кабирии» на Гриффита совершенно очевидно. Оно явно сказывается в постановке вавилонского эпизода «Нетерпимости», где также введены гигантские золотые слоны, поддерживающие дворец Массиниссы в «Кабирии». Гриффит заимствовал главным образом форму повествования, манеру беспрерывной смены мест действия.

— Ж. Садуль[ссылка 1]

В ролях

  • Лидия Кваранта / Кабирия (Cabiria) в юности
  • Итала Альмиранте Мадзини / принцесса Софонизба (Sophonizba)
  • Умберто Моццато / Фульвий Аксилла (Fulvius Axilla)
  • Бартоломео Пагано / Мацист (Maciste)
  • Джина Марангони / кормилица Кресса (Croessa)
  • Данте Теста / жрец храма Молоха (Karthalo)
  • Рафаэле ди Неаполи / трактирщик (Bodastoret)
  • Витале Ди Стефано/ Массинисса
  • Александр Бернар / Сифакс
  • Луиджи Геллини / Сципион Африканский
  • Эмилио Варданнес / Ганнибал
  • Эдоардо Давеснес / Гасдрубал
  • Энрико Джемелли / Архимед

Интересные факты

Замысел этого фильма созрел у Пастроне в начале 1913 года. Сначала он назвал свой будущий фильм «Симфонией огня».

— Ж. Садуль[ссылка 1]

  • Реклама. Летчик Джованни Виднер четыре раза описал круг над Римом, засыпая его листовками, извещавшими о премьере фильма.[ссылка 1]
  • Бартоломео Пагано был не профессиональным актером, а грузчиком в Генуэзском порту.[ссылка 1]
  • Фильм, и особенно один из его персонажей — великан Мачисте (в старом русском произношении Мацист) в исполнении Бартоломео Пагано — был настолько популярен, что об этом упоминается в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев»: «Ипполита Матвеевича за большой рост, а особенно за усы, прозвали в учреждении Мацистом, хотя у настоящего Мациста никаких усов не было».
  • Джованни Пастроне накладывал стекло на расписанный пол, имитируя полированный мрамор.[ссылка 1]
  • Чтобы Энрико Джемелли не показался неестественным в накладной бороде, Джованни Пастроне велел ему отпустить свою собственную.[ссылка 1]
  • По мнению Ежи Тёплица сценарий написал Джованни Пастроне, подписавшись псевдонимом Пьеро Фоско. Габриэле Д’Аннунцио же лишь поставил своё имя в титрах[ссылка 2]

Примечания

ru-wiki.org

Кабирия — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 17 августа 2016; проверки требуют 4 правки.Текущая версияпоказать/скрыть подробности Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 17 августа 2016; проверки требуют 4 правки.

«Кабирия» (итал. Cabiria) — немой итальянский художественный фильм Джованни Пастроне 1914 года, прообраз жанра «пеплум».

Действие картины начинается в конце III в. до н. э. в Катании (Сицилия), в поместье римского патриция Батто. Извержение вулкана Этна превращает город в развалины[2]. Патриций считает, что его единственная дочь Кабирия погибла. Однако девочку, спасенную её кормилицей Крессой, похищают карфагенские пираты.

Идет Вторая Пуническая война. Ганнибал переходит Альпы. Римский патриций Фульвий Аксилла шпионит в Карфагене вместе со своим рабом, непобедимым великаном Мацистом. Главный жрец карфагенского храма Молоха — Картало — покупает на невольничьем рынке Кабирию, чтобы принести её в жертву своему богу[3]. Однако кормилица Кресса уговаривает Аксиллу спасти ребенка (дарит ему кольцо, ранее украденное ею в сокровищнице Батто). Мациста, похитившего девочку из храма, преследуют карфагеняне, и он прячется в саду, где принцесса Софонизба соглашается укрыть её от жрецов. Благодаря численному превосходству преследователи побеждают Мациста и приковывают его к мельничному жернову, в то время как Аксилла отплывает в Рим.

Несколько лет спустя Кабирия, забыв о своем происхождении, становится под именем Элиссы прислужницей Софонизбы. Она участвует в сложной интриге между Софонизбой и двумя соперниками: Масиниссой и Сифаксом. Отец Софонизбы, Гасдрубал, отдает её замуж за Сифакса, хотя она уже помолвлена с Масиниссой.

Тем временем римский флот нападает на Сиракузы, союзника Карфагена. Архимед наводит зажигательные зеркала на вражеские корабли, и они загораются. Участвующего в этом сражении Фульвия Аксиллу подбирают сицилийские рыбаки. Они узнают кольцо, которое он получил от кормилицы Крессы, и отводят пленника к Батто, который, конечно, очень рад тому, что его дочь возможно ещё жива.

В Африке сталкиваются войска Сципиона (которому помогает Масинисса) с одной стороны и карфагенянами (которых поддерживает армия Сифакса) с другой. Фульвий Аксилла вновь отправляется шпионить в Карфаген. Там он освобождает Мациста, но затем они оба попадают в плен к солдатам Сифакса. Во время этих приключений они снова освобождают Кабирию из храма Молоха, которую Софонисба таки сдала жрецам. Фульвия и Мациста освобождает Массинисса, возглавивший атаку римлян и пленение Сифакса. Софонисба, встретившись с Масиниссой, просит его спасти её и не дать римлянам перевести её вместе с Сифаксом в Рим. У Масиниссы вновь разгораются чувства к прекрасной Софонисбе и он немедленно женился на любимой им ещё невесте, полагая, что этим спасет её от римского плена. Когда Сципион высказал ему по этому поводу своё неодобрение, Масинисса, не будучи в состоянии расстаться с Софонисбой и не желая её выдать римлянам, поднес ей кубок с ядом, который она выпивает. Перед смертью Софонисба признается, что Элисса — это Кабирия и дарит её Фульвию.

Кадр из фильма «Кабирия» Кадр из фильма «Кабирия»

Характерная черта сценария фильма — многоплановость действия. Действие развертывается почти одновременно в Карфагене, Нумидии, Сицилии и Италии.

Основными техническими нововведениями в «Кабирии» были декорации, освещение и движение киноаппарата. Пастроне создал множество архитектурных сооружений, широко применял монументальную скульптуру и уделял особое внимание отделке пола в павильонах.

Готовясь к съемкам фильма, Джованни Пастроне 5 августа 1912 года запатентовал в Италии тележку, «трэвеллинг» (итал. carello). Одновременно с применением тележки Джованни Пастроне впервые ввел несколько технических приемов: прямолинейное или зигзагообразное движение, перемещение параллельно декорациям, приближение и удаление кинокамеры[4].

Джованни Пастроне использовал 12 дуговых рефлекторов по 100 ампер каждый, яркость которых он усиливал отражающими экранами, оклеенными листами оловянной фольги.[4]

Все технические нововведения «Кабирии» и других итальянских исторических фильмов можно свести к одному важнейшему художественному открытию, а именно к созданию в кинокадре пространства, глубинной перспективы, позволяющей показывать действие в нескольких планахЕжи Тёплиц[5].

Влияние «Кабирии» на Гриффита совершенно очевидно. Оно явно сказывается в постановке вавилонского эпизода «Нетерпимости», где также введены гигантские золотые слоны, поддерживающие дворец Массиниссы в «Кабирии». Гриффит заимствовал главным образом форму повествования, манеру беспрерывной смены мест действия[4].

Замысел этого фильма созрел у Пастроне в начале 1913 года. Сначала он назвал свой будущий фильм «Симфонией огня»[4].

  • Летчик Джованни Виднер четыре раза описал круг над Римом, засыпая его листовками, извещавшими о премьере фильма[4].
  • Бартоломео Пагано был не профессиональным актером, а грузчиком в генуэзском порту[4].
  • Фильм, и особенно один из его персонажей, великан Мачисте (в старом русском произношении Мацист) в исполнении Бартоломео Пагано, — был настолько популярен, что об этом упоминается в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев»: «Ипполита Матвеевича за большой рост, а особенно за усы, прозвали в учреждении Мацистом, хотя у настоящего Мациста никаких усов не было».
  • Пастроне накладывал стекло на расписанный пол, имитируя полированный мрамор[4].
  • Чтобы Энрико Джемелли не показался неестественным в накладной бороде, Пастроне велел ему отпустить свою собственную[4].
  • По мнению Ежи Тёплица, сценарий написал Джованни Пастроне, подписавшись псевдонимом Пьеро Фоско. Габриэле Д’Аннунцио же лишь поставил своё имя в титрах[5].

ru.bywiki.com

“НОЧИ КАБИРИИ” (Le notti di Cabiria) Италия-Франция. 1957. 110 минут…: kinanet

Авторы сценария Федерико Феллини (Federico Fellini), Эннио Флайяно (Ennio Flaiano), Туллио Пинелли (Tullio Pinelli) при участии Пьера Паоло Пазолини (Pier Paolo Pasolini) Оператор Альдо Тонти (Aldo Tonti) при участии Отелло Мартелли (Otello Martelli), не указанного в титрах Художник Пьеро Герарди (Piero Gherardi) Композитор Нино Рота (Nino Rota) Песня Lla Ri Lli Ra Паскуале Бонагуры (Pasquale Bonagura) В ролях: Джульетта Мазина (Giulietta Masina), Франсуа Перье (Francois Perier), Амедео Наццари (Amedeo Nazzari), Альдо Сильвани (Aldo Silvani), Франка Марци (Franca Marzi), Дориан Грей (Dorian Gray), Марио Пассанте (Mario Passante), Пина Гуаландри (Pina Gualandri), не указанный в титрах Франко Фабрици (Franco Fabrizi) Премии: приз за лучшую женскую роль и особое упоминание экуменического жюри на МКФ в Канне, премия за женскую роль на МКФ в Сан-Себастьяне, “Давид” Донателло” лучшему продюсеру (Дино Де Лаурентис - Dino De Laurentiis), 4 “Серебряных ленты” - режиссёру, продюсеру, исполнительницам главной и второплановой (Франка Марци) женских ролей, “Оскар” за лучший иноязычный фильм Оценка - 9 (из 10)

Мелодрама

Как и лента “Мошенничество”, созданная двумя годами ранее, фильм “Ночи Кабирии”, можно сказать, принадлежит уже к так называемому “розовому неореализму”, который в середине 50-х годов пришёл на смену классическому итальянскому неореализму. Однако это определение всё-таки несправедливо по отношению к такому великому мастеру кино, как Федерико Феллини, который, подобно Лукино Висконти (“Белые ночи”), Пьетро Джерми (“Машинист”) или Витторио Де Сике (“Крыша”), всего лишь более мелодраматично и с несколько сентиментальной мечтой о том, что всё будет хорошо, несмотря на пережитые испытания, стал смотреть на экономически стабилизировавшееся общество спустя лишь десятилетие после войны и социальных катаклизмов первых мирных лет. Казалось бы, какая связь между личной судьбой излишне доверчивой римской проститутки Кабирии и общественной ситуацией в Италии в период наступившего “экономического чуда”, когда нищета и обездоленность большинства людей в стране как-то отступили на второй план, особенно на фоне прогрессирующего обогащения некоторой части населения. И внешне видимый мир тогда начал ощутимо меняться, приобретая формы типичного “общества потребления”, которое тот же Феллини не без сатирического заострения смог живописать в своей следующей работе “Сладкая жизнь”. В этом смысле наивное стремление Кабирии тоже приобщиться ко всем благам цивилизации и зажить преуспевающей жизнью действительно отвечает потребностям времени, когда люди желали поскорее забыть о прежней неустроенности и занять более престижное место в общественной иерархии. Но весьма знаменательно, что надеющаяся обрести иной жизненный статус публичная женщина подвергается обидным обманам как со стороны расчётливого бухгалтера и неуверенного мужчины Оскара Д’Онофрио, так и вполне бескорыстного, вместе с тем словно витающего в облаках знаменитого киноактёра Альберто Лаццари. Мотив выдуманности и фальшивости мира “киношных грёз”, заявленный Феллини ещё в “Белом шейхе”, тут отыгрывается в иной тональности, будучи противопоставленным идее “нового прагматизма”. Кабирия с равным неуспехом не может найти своего счастья ни в земном материальном благополучии, ни в осуществлении несбыточных иллюзий почти в поднебесной сфере, где якобы обитают кинематографические кумиры. Чудо не случается в обоих случаях - и брошенная проститутка опять остаётся ни с чем, жалкая и осмеянная, неспособная сдержать горьких слёз оттого, что вновь оказалась несчастной и никому не нужной. И вот именно в этот момент, когда Кабирия в финале бредёт по дороге, а мимо проносится бурная, весёлая, безмятежная и жизнерадостная ватага молодых парней и девушек, которые даже позволяют себе немножко подтрунивать над плачущей женщиной, происходит удивительное преображение - в дело вступает великая тайна искусства. Кабирия вдруг начинает улыбаться сквозь слёзы - и вместе с поразительно прекрасным, пусть и внешне незатейливым мотивчиком, придуманным композитором Нино Ротой, это производит ошеломляющее эмоциональное впечатление, словно идеально понятый и представленный катарсис из греческих трагедий. Может быть, самая простая и народная (но вовсе не простонародная) лента Федерико Феллини освящается светом высокой поэзии чувств, говоря об искреннем очищении души и давая возможность зрителям для собственного душевного облагораживания - хотя бы на несколько минут совместного переживания с героиней, чья проясняющаяся на заплаканном лице улыбка, наверное, относится к одной из непостижимых загадок творческого пересоздания реальности. И тайна неунывающего духа обычной римской проститутки в изумительном исполнении Джульетты Мазины вполне сопоставима с неуловимостью усмешки довольно знатной флорентийки из эпохи Ренессанса, воспетой Леонардо да Винчи. Можно сказать, что “улыбка Кабирии” стала почти таким же знаковым образом искусства, как и “улыбка Джоконды”.

kinanet.livejournal.com


Смотрите также